Цитаты М. де Монтень

← все авторы

Бесчестные средства, с помощью которых многие в наши дни возвышаются, ясно говорят о том, что и цели также не стоят доброго слова.

Бич человека — это воображаемое знание.

Величайшее испытание — занимать место, где нельзя сделать ничего хорошего так, чтобы это сразу же не было учтено и взвешено, где малейшее доброе дело касается стольких людей зараз и где своим внешним поведением вы действуете прежде всего на народ, судью недостаточно справедливого, которого легко и обморочить и удовлетворить.

Вожделения бывают естественные и необходимые, как, напри мер, голод или жажда; либо естественные, но не необходимые, как, например, половое общение; либо и не естественные и не необходимые: таковы почти все человеческие вожделения, которые и искусственны и излишни.

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Говорить о себе, превознося себя, лучше чем ты есть на деле, не только всегда — тщеславие, но также нередко и глупость. В основе этого порока лежит, по-моему, чрезмерное самодовольство и неразумное себялюбие.

Жениться, ничем не связывая себя, — предательство.

Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили её.

Знание — обоюдоострое оружие. Которое только обременяет и может поранить своего хозяина, если рука, которая держит его, слаба и плохо умеет им пользоваться.

Знать что-либо наизусть — всё равно, что не знать ничего; это владеть тем, что дано лишь на хранение памяти.

Иметь дело с людьми, которые восхищаются нами и во всём нам уступают, — удовольствие весьма пресное и даже вредное для нас.

Истинное достоинство подобно реке, чем оно глубже, тем меньше издаёт шума.

Истинные учёные подобны колосьям в поле. Пока колос пуст, он весело растёт и гордо подымает кверху голову; но когда он разбухает, наполняется зерном и созревает, он проникается смирением и опускает голову.

Каждый человек в отдельности смертен, но в своей совокупности люди вечны.

Когда судят об отдельном поступке, то, прежде чем оценить его, надо учесть разные обстоятельства и принять во внимание весь облик человека, который совершил его.

Крайняя степень страха выражается в том, что, поддаваясь ему, мы даже проникаемся той самой храбростью, которой он нас лишает в минуту, когда требовалось исполнить свой долг и защитить свою честь. Вот чего я страшусь больше самого страха.

Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.

Кто заражён страхом болезни, тот уже заражён болезнью страха.

Лживость — гнуснейший порок.

Любить тело без его согласия и желания — то же самое, что любить тело без души и без чувств.

Любовь есть кризис, решительная минута жизни, с трепетом ожидаемая сердцем.

Мера жизни не в её длительности, а в том, как вы её использовал и.

Мозг, хорошо устроенный, стоит больше, чем мозг, хорошо наполненный.

Молчаливость и скромность — качества, очень пригодные для разговора.

Наилучшей наукой для человека является наука незнания и величайшей мудростью — простота.

Наихудшее состояние человека — это когда он перестаёт сознавать и владеть собой.

Настоящий друг — это тот, кому я поверил бы во всём, касающемся меня, больше, чем самому себе.

Наука — великолепное снадобье; но никакое снадобье не бывает столь стойким, чтобы сохраняться, не подвергаться порче и изменениям, если плох сосуд, в котором его хранят.

Наука — дело очень нелёгкое. Наука пригодна лишь для сильных умов.

Наука существует не для того, чтобы зажигать свет в душе, которая лишена его, не для того, чтобы сделать слепого зрячим; её назначение — не давать зрение, а направлять его, указывать человеку дорогу, если ноги его от природы прямы и могут ходить.

Наш удел — это непостоянство, колебания, неуверенность, страдание, суеверие, забота о будущем — а значит, и об ожидающем нас после смерти, — честолюбие, жадность, ревность, зависимость, необузданные, неукротимые и неистовые желания, война, ложь, вероломство, злословие, любопытство.

Не быть жадным — уже есть богатство; не быть расточительным — доход.

Невежество бывает двоякого рода: одно — безграмотное, предшествует знанию; другое — чванство, следует за ним.

Некоторые поражения более триумфальны, чем победы.

Неотёсанность, необразованность, невежество, простота нередко прикрывают невинность и чистоту, межтем как любопытство, изощрённость, знание порождают влечение к злу.

Нет более скучной беседы, чем та, в которой все со всеми согласны.

Нечестные средства, с помощью которых многие возвышаются, ясно говорят о том, что и цели также не стоят доброго слова.

Обвинениям в адрес самого себя — всегда верят, самовосхвалению — никогда.

Откровенная речь подобна вину и любви, вызывает такую же откровенность.

Первый признак порчи общественных нравов — это исчезновение правды, ибо правдивость лежит в основе всякой добродетели.

Плод богатства — обилие, признак обилия — довольство.

Плоды смуты никогда не достаются тому, кто её вызвал; он только всколыхнул и замутил воду, а ловить рыбу будут уже другие.

Подлинным зеркалом нашего образа мыслей является наша жизнь.

Поразительное свидетельство немощности нашего разума заключается в том, что он оценивает всякую вещь с точки зрения её редкости и новизны, а также малодоступности, хотя бы сама по себе она и не содержала в себе ничего хорошего и полезного.

Правительство, которое хочет иметь дело с людьми, а не со скотами, не только не ставит преград умственному развитию народа, но поощряет его устройством всевозможных школ.

Природа — приятный наставник, и даже не столько приятный, сколько осторожный и верный.

Разум — это такая скользкая вещь, что её ни за что не ухватишь, никак не удержишь, он столь многолик и изменчив, что невозможно ни поймать его, ни связать.

Разумный человек ставит себе предел даже в добрых делах.

Самомнение — наша прирождённая и естественная болезнь.

Самый краткий путь к завоеванию славы — это делать по побуждению совести то, что мы делаем ради славы.

Самая великая вещь на свете — уметь принадлежать себе.

Самая глубокая дружба порождает самую ожесточённую вражду.

Самое плодотворное и естественное украшение нашего ума — по-моему, беседа. Из всех видов жизненной деятельности она для меня наиболее приятный. Вот почему, если бы меня принудили немедленно сделать выбор, я наверное предпочёл бы скорее потерять зрение, чем слух или дар речи.

Самое тягостное и трудное на свете дело — это достойно царствовать. Трудно соблюдать меру в могуществе столь безмерном.

Самым лучшим доказательством мудрости является непрерывное хорошее расположение духа.

Справедливость заключается в том, чтобы воздавать каждому по заслугам…

Старость оставляет больше морщин на умственном облике нашем, чем на лице.

Старость связана с множеством слабостей, она так беспомощна, что легко может вызвать презрение, поэтому наилучшее приобретение, какое она может сделать, — это любовь и привязанность близких.

Страсти не только изменяют наши чувства, но часто приводят их в состояние полного отупления.

Страсти являются как бы стрекалами для души, толкающими её на добродетельные поступки.

Страх то придаёт крылья ногам, то приковывает их к земле.

Стыдливость украшает юношу и пятнает старца.

Счастлив тот, кто сумел с такой точностью соразмерить свои нужды, что его средства оказываются достаточными для удовлетворения их без каких-либо хлопот и стараний с его стороны. Счастлив тот, кого забота об управлении имуществом или о его приумножении не отрывает от других занятий, более соответствующих складу его характера, более спокойных и приятных ему.

Счастье человеческое состоит вовсе не в том, чтобы хорошо умереть, а в том, по-моему, чтобы хорошо жить.

То, что мы называем непристойностью, а именно вещи, которые мы не решаемся делать явно, а делаем тайно, люди раньше называли глупостью, считая пороком замалчивать и как бы осуждать то, чего от нас требуют природа, обычай и наши желания.

Трудность есть монета, которую учёные, так же, как и художники, употребляют для того, чтобы не выказать тщету своего искусства.

Трусость — мать жестокости.

Тщеславие и любопытство — вот два бича нашей души. Последнее побуждает нас всюду совать свой нос, первое запрещает оставлять что-либо неопределённым и нерешённым.

Удачный брак отвергает любовь; он старается возместить её дружбой. Это — не что иное, как приятное совместное проживание в течение всей жизни, полное устойчивости, доверия и бесконечного множества весьма осязательных взаимных услуг и обязанностей.

Удовлетворённость ума — признак его ограниченности или усталости.

Упрямство и чрезмерный пыл в споре — вернейший признак глупости.

Хороши или плохи события жизни, во многом зависит от того, как мы их воспринимаем.

Лучшее государственное устройство для любого народа — это то, которое сохранило его как целое. Особенности и основные достоинства этого государственного устройства коренятся в его обычаях.

Ценность души определяется не способностью высоко возноситься, но способностью быть упорядоченной всегда и во всём. Её величие раскрывается не в великом, но в повседневном.

Человек, которого мы любим, кажется нам прекраснее, чем он есть на самом деле.

Человек может быть только тем, что он есть, и представлять себе всё только в меру своего понимания.

Чины и должности — так уж повелось — даются человеку чаще по счастливой случайности, чем по заслугам… Посмотрите, кто в наших городах наиболее могуществен и лучше всех делает дело, – и вы найдёте, что обычно это бывают наименее способные люди.

Чувства обманывают наш разум, но и он в свою очередь обманывает их. Наша душа иногда мстит чувствам; они постоянно лгут и обманывают друг друга.