← все авторы
Благополучие в счастье — не в обилии денег, не в высоте положении, не в должностях каких-либо или силе, но в свободе от печали, в умеренности чувств и расположении души, полагающих всему предел, назначенные природой.
Величайший плод ограничения желаний — свобода.
Величайший плод справедливости — безмятежность.
Все суждения, делаемые нами о значимости вещей, а также людей, имеют отправной точкой испытываемое нами чувство (удовольствия или неудовольствия).
Довольство своим — величайшее из всех богатств.
Кто знает пределы жизни, тот знает, что легко добыть то, что устраняет страдания, происходящие от недостатка, и что делает всю жизнь совершенной, поэтому он нисколько не нуждается в действиях, заключающих в себе борьбу, соперничество.
Начало всего есть благоразумие. От благоразумия произошли все остальные добродетели; но оно учит, что нельзя жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо, и наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо, не живя приятно.
Начало и корень всякого удовольствия — удовольствие чрева, даже мудрость и прочее имеют к нему отношение.
Необходимость есть бедствие, но нет никакой необходимости жить с необходимостью.
Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждения.
Самым главным признаком полного знания человеком, достигшим совершенства, является умение быстро пользоваться знаниями.
Свобода — плод ограничения желаний.
Смерть для человека — ничто, так как, когда мы существуем, смерть ещё не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не существуем.
Справедливость не существует сама по себе; это — договор о том, чтобы не причинять и не терпеть вреда, заключённый при общении людей и всегда применительно к тем местам, где он заключается.
Умение хорошо жить и хорошо умереть — это одна и та же наука.
Услуга, оказанная нам, приятна главным образом потому, что льстит нашему тщеславию и свидетельствует о добром расположении и уважении к нам лица, её оказавшего.