← все авторы
Отличительный признак большого ума — сказать много в немногих словах; ограниченный ум, наоборот, обладает даром говорить и ничего не сказать.
Ошибается тот, кто думает, что лишь таким бурным страстям, как любовь и честолюбие, удаётся подчинить себе другие страсти. Самой сильной нередко оказывается бездеятельная леность: завладевая людскими помыслами и поступками, она незаметно подтачивает все их стремления и добродетели.
Ошибки всегда извинительны, когда имеешь силу в них признаться.
Подлинно честные люди — это те, кто отлично сознаёт свои недостатки и открыто признаётся в них.
Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость.
Поистине необычайными достоинствами обладает тот, кто сумел заслужить похвалу своих завистников.
Показная простота — это утончённое лицемерие.
Пороки души похожи на раны тела: как бы старательно их ни лечили, они всё равно оставляют рубцы и в любую минуту могут открыться снова.
Порядочная женщина — это скрытое от всех сокровище; найдя его, человек разумный не станет им хвалиться.
Посредственность обычно осуждает всё, что превышает её понимание.
Постоянство в любви бывает двух родов: мы постоянны или потому, что всё время находим в любимом человеке новые качества, достойные любви, или же потому, что считаем постоянство долгом чести.
Постоянство в любви — это вечное непостоянство, побуждающее нас увлекаться по очереди всеми качествами любимого человека, отдавая предпочтение то одному из них, то другому.
Почти все порядочные женщины — это нетронутые сокровища, которые потому и в неприкосновенности, что их никто не ищет.
Превосходное правило, которым следует руководствоваться в искусстве насмешки и шутки: осмеивать и вышучивать надо так, чтобы осмеянный не мог рассердиться; в противном случае считайте, что шутка не удалась.
Предательства совершаются чаще всего не по обдуманному намерению, а по слабости характера.
Признак истинного достоинства человека в том, что даже его завистники вынуждены его хвалить.
Пример заразителен, поэтому все благодетели рода человеческого и все злодеи находят подражателей. Добрым делам мы подражаем из чувства соревнования, дурным же — из врождённой злости, которую опыт сдерживал, а пример выпустил на волю.
Примирение с врагами говорит лишь об усталости от борьбы и о желании занять более выгодную позицию.
Причинять людям зло большей частью не так опасно, как делать им слишком много добра.
Противоположностью добродетели является скорее слабость, чем порок.
Проявить мудрость в чужих делах куда легче, нежели в своих собственных.
Разлука ослабляет Лёгкое увлечение, но усиливает большую страсть, подобно тому как ветер гасит свечу, но раздувает пожар.
Разум всегда является жертвой обмана сердца.
Раскаяние — обычно не столько сожаление о зле, которое совершили мы, сколько боязнь зла, которое могут причинить нам в ответ.
Ревнивая жена порою даже приятна мужу: он хотя бы всё время слышит разговоры о предмете своей любви.
Ревность всегда рождается вместе с любовью, но не всегда вместе с нею умирает.
Ревность питается сомнениями; она умирает или переходит в неистовство, как только сомнения превращаются в уверенность.
Резвость, увеличивающаяся к старости, недалека от глупости.
Самолюбие — самый большой льстец.
Самомнение побуждает больше говорить, чем думать.
Самый прекрасный подарок, сделанный людям после мудрости, — это дружба.
Самое большое честолюбие прячется и становится незаметным, как только его притязания наталкиваются на непреодолимые преграды.
Самые смелые и самые разумные люди — это те, которые под любыми благовидными предлогами стараются не думать о смерти.
Своекорыстие говорит на всех языках и разыгрывает любые роли — даже роль бескорыстия.
Сила и слабость духа — это просто неправильные выражения, в действительности же существует лишь хорошее или плохое состояние органов тела.
Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.
Скупость дальше от бережливости, чем даже расточительность.
Слабость характера нередко утешает нас в таких несчастьях, в каких бессилен утешить разум.
Слабость характера — это единственный недостаток, который невозможно исправить.
Слава великих людей всегда должна измеряться способами, какими она была достигнута.
Славное имя не возвеличивает, а принижает того, кто не умеет носить его с честью.
Слишком лютая ненависть ставит нас ниже тех, кого мы ненавидим.
Сострадание — это нередко способность увидеть в чужих несчастиях свои собственные, это предчувствие — бедствий, которые могут постигнуть и нас.
Старики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры.
Старость — это тиран, который под знаком смерти запрещает нам все наслаждения юности.
Старые безумцы ещё безумнее молодых.
Страсти — это единственные ораторы, доводы которых всегда убедительны; их искусство рождено как бы самой природой и зиждется на непреложных законах. Поэтому человек бесхитростный, но увлечённый страстью может убедить скорее, чем красноречивый, но равнодушный.
Строгость нрава у женщин — это белила и румяна, которыми они оттеняют свою красоту.
Судьба всё устраивает к выгоде тех, кому она покровительствует.
Судьба исправляет такие наши недостатки, каких не мог бы исправить даже разум.
Суждения наших врагов о нас ближе к истине, чем наши собственные.
Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему себялюбию.
Счастье и несчастье человека в такой же степени зависят от его нрава, как и от судьбы.
Счастье любви заключается в том, чтобы любить; люди счастливее, когда сами испытывают страсть, чем когда её внушают.
Твёрдость характера заставляет людей сопротивляться любви, но в то же время она сообщает этому чувству пылкость и длительность; люди слабые, напротив, легко загораются страстью, но почти никогда не отдаются ей с головой.
Терзания ревности — самые мучительные из человеческих терзаний и к тому же менее всего внушающие сочувствие тому, кто их причиняет.
То, что люди обыкновенно называют дружбой, в сущности, только союз, цель которого — обоюдное сохранение выгод и обмен добрыми услугами; самая бескорыстная дружба не что иное, как сделка, при которой наше самолюбие всегда рассчитывает что-нибудь выиграть.
То, что мы принимаем за благородство, нередко оказывается переряженным честолюбием, которое, презирая мелкие выгоды, прямо идёт к крупным.
Тот, кого разлюбили, обычно сам виноват, что вовремя этого не заметил.
Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается; но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается ещё сильнее.
Тот, кто излечивается от любви первым, — всегда излечивается полнее.
Те, кому довелось пережить большие страсти, потом всю жизнь и радуются своему исцелению, и горюют о нём.
Трусы обычно не сознают всей силы своего страха.
Тщеславие заставляет нас поступать противно нашим вкусам гораздо чаще, чем требование разума.
У всякого чувства есть свойственные лишь ему одному жесты, интонация и мимика; впечатление от них, хорошее или дурное, приятное или неприятное, и служит причиной того, что люди располагают нас к себе или отталкивают.
У людских достоинств, как и у плодов, есть своя пора.
У ревности, как и других страстей, есть свои причуды: люди стараются скрыть, что они ревнуют сейчас, но хвалятся тем, что ревновали когда-то и способны ревновать и впредь.
У человеческих характеров, как и у некоторых зданий, несколько фасадов, причём не все они приятны на вид.
Уверенность в себе составляет основу нашей уверенности в других.
Уверенность и непринуждённость манер обычно оборачивается наглостью.
Уклонение от похвалы — это просьба повторить её.
Ум всегда в дураках у сердца.
Ум служит нам порою лишь для того, чтобы смело делать глупости.
Ум ограниченный, но здравый в конце концов меньше утомляет нас, чем ум широкий, но путаный.
Ум у большинства женщин служит не столько для укрепления их благоразумия, сколько для оправдания их безрассудств.
Умение ловко пользоваться посредственными способностями не внушает уважения — и всё же нередко приносит людям больше славы, чем истинные достоинства.
Уметь быть старым — это искусство, которым владеют лишь немногие.
Упрямство рождено ограниченностью нашего ума: мы неохотно верим тому, что выходит за пределы нашего кругозора.
Упрямство — это исчадие скудоумия, невежества и самонадеянности.
Физический труд помогает забывать о нравственных страданиях.
Философия легко одерживает победы над бедствиями как прошлыми, так и будущими, но бедствия наличные побеждают её.
Хитрость — признак недалёкого ума.
Хороший вкус говорит не столько об уме, сколько о ясности суждений.
Хорошо слушать и хорошо отвечать — это одно из величайших совершенств, какое только возможно в разговоре.
Целомудрие женщины — это большей частью просто забота о добром имени и покое.
Чаще всего сострадание — это способность увидеть в чужих несчастьях свои собственные, это — предчувствие бедствий, которые могут постигнуть и нас. Мы помогаем людям, чтобы они, в свою очередь, помогли нам; таким образом, наши услуги сводятся просто к благодеяниям, которые мы загодя оказываем самим себе.
Человек, истинно достойный, может быть влюблён как безумец, но не как глупец.
Человек, которому никто не нравится, гораздо более несчастлив, чем тот, который никому не нравится.
Люди, верящие в свои достоинства, считают долгом быть несчастными, дабы убедить таким образом и других, и себя в том, что судьба ещё не воздала им по заслугам.
Люди кокетничают, когда делают вид, будто им чуждо любое кокетство.
Люди никогда не бывают ни безмерно хороши, ни безмерно плохи.
Люди редко бывают достаточно разумны, чтобы предпочесть полезное порицание опасной похвале.
Люди упрямо не соглашаются с самыми здравыми суждениями не по недостатку проницательности, а из-за избытка гордости: они видят, что первые ряды в правом деле разобраны, а последние им не хочется занимать.
Люди, чересчур предавшиеся маленьким делам, обычно становятся неспособными совершать большие.
Человек истинно достойный может быть влюблён как безумец, но не как глупец.
Люди большого ума всё замечают и ни на что не обижаются.
Люди недалёкие обычно осуждают всё, что выходит за пределы их кругозора.
Люди независтливые встречаются ещё реже, чем бескорыстные.
Люди слабохарактерные не способны быть искренними.
Чистосердечно хвалить добрые дела – значит до некоторой степени принимать в них участие.