Цитаты Ж. Лабрюйер

← все авторы

Беда, когда у человека не хватает ума, чтобы хорошо сказать, или здравого смысла, чтобы осторожно промолчать.

Безобразие, хотя бы оно и было, не производит впечатления.

БЕЗОБРАЗИЕ

Благоразумное поведение и дух умеренности отодвигают человека в тень: славу и всеобщее восхищение можно стяжать лишь великими добродетелями или, быть может, великими пороками.

БЛАГОРАЗУМНЫЙ

Благородный человек выше обид, несправедливости, горя, насмешек; он был бы неуязвим, будь он чужд состраданию.

БЛАГОРОДНЫЙ

Богат тот, кто получает больше, чем тратит; беден тот, чьи траты превышают доходы.

Большинство людей употребляют лучшую пору своей жизни на то, чтобы сделать худшую ещё более печальной.

БОЛЬШИНСТВО

Большое несчастье не иметь достаточно ума, чтобы хорошо говорить, и достаточно рассудительности, чтобы молчать: вот где корень всякого нахальства.

Большое чувство и серьёзное дело возвращают человеку его естественный облик.

Бывает, что человек всю жизнь угрюм, вспыльчив, скуп, угодлив, принижен, старателен, корыстен, хотя родился весёлым, добродушным, щедрым, гордым, смелым и чуждым всякой низости: житейские невзгоды, положение, в котором он находился, и неотвратимый закон необходимости взяли верх над его природными свойствами и решительно изменили их.

Быть в восторге от самого себя и сохранять незыблемую уверенность в собственном уме — это несчастье, которое может стрястись только с тем, кто или вовсе не наделён умом, или наделён им в очень малой степени.

В жизни бывают случаи, когда самой тонкой хитростью оказываются простота и откровенность.

БЮРОКРАТИЯ

В разглашении тайны всегда повинен тот, кто доверил её другому.

БЮРОКРАТИЯ

Великие места делают людей великих более великими, а низких — более низкими.

Великое удивляет нас, ничтожное отталкивает, а привычка примиряет и с тем, и с другим.

Вернейший признак высоких добродетелей — от самого рождения не знать зависти.

Вероломство — это ложь, в которой принимает участие, так сказать, всё существо женщины; это умение ввести в обман поступком или словом, а подчас — обещаниями и клятвами, которые так же легко дать, как и нарушить.

ВЕРОЛОМСТВО

Вся наша беда в том, что мы не выносим одиночества. Отсюда — карты, роскошь, легкомыслие, вино, женщины, невежество, злословие, зависть, надругательство над своей душой и забвение Бога.

Все наши беды проистекают от невозможности быть одинокими.

Все страсти лживы: они стараются надеть маску, они прячутся даже от самих себя. Нет такого порока, который не рядился бы под какую-нибудь добродетель или не прибегал бы к её помощи.

Влюблённый старик — одно из величайших уродств в природе.

ВЛЮБЛЁННОСТЬ

Внешняя простота — это будничная одежда заурядных людей, по их мерке скроенная и для них сшитая; в то же время — это чудесный убор для людей, совершивших великие деяния.

Время укрепляет дружбу, но ослабляет любовь.

Выше великого политика я ставлю только того, кто не жаждет им стать, ибо с каждым днём всё больше убеждается, что этот мир не стоит того, чтобы тратить на него силы.

Высокомерие — вот единственная причина того, что мы так дерзко заносимся перед низшими и так постыдно пресмыкаемся перед высшими. Этот порок, порождённый не личными заслугами и добродетелями, а богатством, высоким положением, влиятельностью и ложной учёностью, равно внушает нам и презрение к тем, у кого меньше этих благ, чем у нас, и чрезмерное почтение к тем, у кого их больше.

ВЫСОКОМЕРИЕ

Глупец — это человек, у которого не хватает ума даже на то, чтобы быть самовлюблённым.

Давнишний любовник так мало значит для женщины, что его легко меняют на нового мужа, а новый муж так быстро теряет новизну, что почти сразу уступает место новому любовнику.

ДАВНИШНИЙ

Две добродетели, которым люда удивляются, — храбрость и щедрость, потому что есть две вещи, которые они очень уважают и о которых эти добродетели заставляют не радеть: деньги и жизнь.

Для человека, желающего возвыситься, любая слава лучше, нежели безвестность.

ДЛИННЫЕ ЯЗЫКИ

Добродетельный, благонравный и неглупый человек может быть тем не менее невыносимым: от учтивости, которая многим кажется вздором и пустяком, часто зависит, хорошо или дурно думают о вас люди.

ДОБРОДЕТЕЛЬНЫЙ

Доверие — первое условие дружбы.

Есть люди, которые живут в скверных домах, спят на жёстких постелях, одеваются плохо, а едят ещё хуже, покорно терпят летний зной и зимнюю стужу, добровольно отказываются от общества себе подобных и влачат свои дни в одиночестве; которые страдали вчера, страдают сегодня и будут страдать завтра; которые, живя точно под бременем вечного покаяния, тем самым нашли способ, как прийти к вечной гибели самым мучительным путём. Это — скупцы.

Есть люди, которые стыдятся не тогда, когда совершили какой-нибудь безнравственный поступок, а когда им приходится в этом раскаиваться.

Есть только одно непреходящее несчастье — потеря того, чем владел. Время, смягчающее все остальные горести, лишь обостряет эту: мы до самой смерти ежеминутно чувствуем, как недостаёт нам того, что мы утратили.

Женское вероломство полезно тем, что излечивает мужчин от ревности.

Женские прихоти сродни женской красоте и вместе с тем служат ей противоядием, ибо умеряют её действие, которое в противном случае было бы смертельно для мужчины.

Женщина, которую все считают холодной, просто ещё не встретила человека, способного пробудить в ней любовь.

Женщина, у которой один любовник, считает, что она совсем не кокетка; женщина, у которой несколько любовников, — что она всего лишь кокетка.

Жизнь подчас кладёт запрет на самые наши заветные радости, на самые нежные чувства, но мы не можем не мечтать о том, чтобы они были дозволенными.

Жизнь — это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут.

Жизнь — это трагедия для тех, кто чувствует, и комедия для тех, кто мыслит.

Жизнь большинства семей нередко омрачает недоверие, ревность, недоброжелательство, между тем как снаружи всё выглядит так благообразно, мирно и дружелюбно, что мы вдаёмся в обман и видим счастье там, где его нет и в помине; мало на свете таких семей, которые выигрывают от близкого знакомства с ними.

Здоровье — это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут.

ЗДОРОВЬЕ

Здоровье и богатство, избавляя человека от горького опыта, делают его равнодушным к себе подобным; люди же, сами удручённые горестями, гораздо сострадательнее к несчастьям ближнего.

ЗДОРОВЬЕ

Злые люди походят на мух, которые ползают по человеческому телу и останавливаются только на его язвах.

Изящно шутить и занимательно рассказывать о пустяках умеет лишь тот, кто сочетает в себе изысканность и непринуждённость с богатым воображением.

Иные люди не внемлют голосу рассудка, глухи к благоразумным советам и сознательно совершают ошибки, — только бы не подчиняться чужой воле.

Истинно несчастен человек лишь тогда, когда он чувствует за собой вину и упрекает себя в ней.

Истинно остроумный человек — редкость, и к тому же ему нелегко поддерживать свою репутацию: люди редко уважают того, кто умеет их смешить.

Ключ к сердцу человека — сочувствие страстям, поглощающим его душу, или сострадание к недугам, снедающим его тело.

Красивая женщина хороша и такая, как она есть: она сохраняет всю свою прелесть даже тогда, когда одета просто и украшена только своей привлекательностью и молодостью.

КРАСИВЫЙ

Кратчайший и вернейший способ составить себе состояние — это дать людям понять, что им выгодно делать вам добро.

Критика — это порою не столько наука, сколько ремесло, требующее скорее выносливости, чем ума, прилежания, чем способностей, привычки, чем одарённости.

Кто терпеливо готовится в путь, тот непременно приходит к цели.

Кто умеет внушить, что он не очень хитёр, тот уже далеко не прост.

Логика — это, видимо, умение доказывать какую-то истину, а красноречие — это дар, позволяющий нам овладеть умом и сердцем собеседника, способность втолковать или внушить ему всё, что нам угодно.

Ложная скромность — это крайне утончённое тщеславие; вследствие её человек не кажется тщеславным, а напротив, заставляет ценить в себе мнимую добродетель, противоположную тому пороку, который лежит в его характере; ложная скромность — это обман.

Ложное величие есть лишь ничтожество, как ложная добродетель — лицемерие.

Ложное величие надменно и неприступно: оно осознаёт свою слабость и поэтому прячется, вернее — показывает себя чуть-чуть, ровно на столько, чтобы внушить почтение, скрыв при этом своё настоящее лицо — лицо ничтожества. Истинное величие непринуждённо, мягко, сердечно и доступно. К нему можно прикасаться, его можно трогать и рассматривать: чем ближе его узнаёшь, тем больше им восхищаешься.

Льстец — это ревнивый и завистливый ум, которому, по-видимому, доставляет удовольствие ваше возвышение, но которого на самом деле терзает ваше благосостояние.

Любовь возникает внезапно и безотчётно. Довольно одной привлекательной черты, чтобы поразить сердце и решить нашу судьбу.

Любовь умирает от усталости, а хоронит её забвение.

Манерность жестов, речи и поведения нередко бывает следствием праздности или равнодушия; большое чувство и серьёзное дело возвращают человеку его естественный облик.

МАНЕРНОСТЬ

Мужчина громко негодует на женщину, которая его разлюбила, — и быстро утешается; женщина не столь бурно выражает свои чувства, когда её покидают, но долго остаётся безутешной.

Мужчина, который любит кокетничать, хуже, чем просто распутник.

Мужчина, обладающий большим достоинством и умом, никогда не бывает безобразен.

Наглость — это не умышленный образ действия, а свойство характера; порок, но порок врождённый.

НАГЛОСТЬ

Наказанный преступник — это пример для всех негодяев; невинно осуждённый — это вопрос совести всех честных людей.

НАКАЗАННЫЙ

Нахальство — это самовлюблённость, доведённая до предела: человек самовлюбленный утомляет, докучает, надоедает; нахал отталкивает, ожесточает, раздражает, оскорбляет.

НАХАЛЬСТВО

Невежество — состояние привольное и не требующее от человека никакого труда; поэтому невежды исчисляются тысячами и подавляют учёных числом.

НЕВЕЖЕСТВО

Ненависть не так далека от дружеской привязанности, как неприязнь.

НЕНАВИСТЬ

Ненависть — столь длительное и неискоренимое чувство, что самый верный признак близкой смерти больного — это примирение его с недугом.

НЕНАВИСТЬ

Неполная откровенность всегда опасна: почти нет таких обстоятельств, при которых не следовало бы либо всё сказать, либо всё утаить. Если мы считаем, что человеку нельзя открыть всё, мы, рассказывая что-то, уже говорим слишком много.

НЕПОЛНЫЙ

Непостоянная — та женщина, которая разлюбила; легкомысленная — та, которая сразу полюбила другого, ветреная — та, которая сама не знает, кого она любит и любит ли вообще, холодная — та, которая никого не любит. Перефразированный

НЕПОСТОЯННЫЙ

Нет более лёгкого, более простого, более неуловимого, чем манеры, которые нас выдают; глупец входит, встаёт, молчит, стоит совсем не так, как умный человек.

Неуравновешенность духа, неровность характера, непостоянство сердца, неуверенность в поступках — всё это слабости нашей человеческой натуры, но слабости различные: при всём их кажущемся сродстве наличие одной из них у человека не обязательно предполагает наличие остальных.

НЕУРАВНОВЕШЕННОСТЬ

Неучтивость — не особый порок, а следствие многих пороков: пустого тщеславия, отсутствия чувства долга, лености, глупости, рассеянности, высокомерия, зависти.

НЕУЧТИВОСТЬ

Один из признаков посредственности — беспрестанная болтовня.

Одна из примет посредственности ума есть желание постоянно рассказывать.

Одобрение, с которым отзываются об иных людях за их прямодушие, бескорыстие и честность, звучит не столько похвалою им, сколько поношением всему роду человеческому.

ОДОБРЕНИЕ

От хитрости до плутовства — один шаг, переход от первой ко второму очень лёгок: стоит прибавить к хитрости ложь, и получится плутовство.

ОСУЖДЕНИЕ

Ошибки глупцов порою так разительны, их так трудно предвидеть, что они ставят мудрецов в тупик и полезны лишь тем, кто их совершает.

Перед лицом иных несчастий как-то стыдно быть счастливым.

ПЕРЕВОДЧИК

Плуты склонны думать, что все остальные подобны им.

Пока любовь жива, она черпает силы в самой себе, а подчас и в том, что, казалось бы, должно её убить: в прихотях, в суровости, в холодности, ревности.

Полюбить — значит проявить слабость; разлюбить иной раз проявить не меньшую слабость.

ПОЛЮБИТЬ

Порою женщины, чья красота совершенна, а достоинства редкостны, так трогают наше сердце, что мы довольствуемся правом смотреть на них и говорить с ними.

ПОРНОФИЛЬМ

Порою ложная скромность — это всего лишь тщеславие, ложная храбрость — это легкомыслие, ложная величавость — это суетность, ложная добродетель — это лицемерие, ложное благонравие — это чопорность.

ПОРНОФИЛЬМ

Посредственный человек редко бывает великодушным и никогда не бывает таким наглым, как тогда, когда держит в своей прихожей человека высшего достоинства.

ПОСРЕДСТВЕННЫЙ

Привычка и новизна исключают друг друга, и обе равно притягивают нас.

ПРИВЫЧКА

Признаваться в своих грехах трудно, мы стремимся скрыть их и свалить вину на других: вот почему мы предпочитаем духовного наставника исповеднику.

ПРИЗНАВАТЬСЯ/ПРИЗНАТЬСЯ

Признательность за услугу уносит с собой немалую долю дружеского расположения к тому, кто сделал нам добро.

ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ

Разум похож на истину: он один. К нему всегда идут одной дорогой, удаляются же от него тысячью путей.

Резкость, грубость, неотёсанность — это пороки, от которых иной раз не свободны даже умные люди.

РЕЗКОСТЬ

Самое изысканное удовольствие состоит в том, чтобы доставлять удовольствие другим.

Самое утончённое удовольствие для истинно хорошего собеседника заключается в том, чтобы доставлять его другим.

Свобода — это выбор, иными словами добровольное решение творить добро или зло, совершать похвальные или дурные поступки, то есть быть добродетельным или преступным.

Свобода — это не праздность, а возможность свободно располагать своим временем и выбирать себе род занятий; короче говоря, быть свободным — значит не предаваться безделью, а самолично решать, что делать и чего не делать. Какое великое благо такая свобода!

Склонность к осмеиванию говорит порой о скудости ума

СКЛОННОСТЬ

Слава или заслуга для некоторых людей — в том, чтобы хорошо писать, а для некоторых — в том, чтобы не писать вовсе.

Сладострастие — это изъян сердца или, быть может, натуры; кокетство — порок души. Сладострастница внушает страх, кокетка — ненависть. Если оба эти свойства объединяются в одной женщине, получается характер, наигнуснейший из возможных.

СЛАДОСТРАСТИЕ