← все авторы
Потребность во взаимной любви — требование не любви, а гордости и чувственности.
Почитание само есть уже страсть, как и оскорбление. Через почитание «страсти» становятся добродетелями.
Пошлая натура отличается тем, что она никогда не упустит из виду своей выгоды: свою мудрость и своё чувство собственного достоинства она видит в том, чтобы не дозволить своим стремлениям увлечь себя на нецелесообразные поступки.
Поэт торжественно везёт свои мысли на колеснице ритма — обыкновенно потому, что они не идут на своих ногах.
Правда похожа на женщин; она требует, чтобы её поклонник сделался лжецом ради неё; с той лишь разницей, что этого требует не суетность, а жестокость.
Правдивый человек в конце концов приходит к пониманию, что он всегда лжёт.
Предрассудок — думать, что нравственность более благоприятствует развитию ума, чем безнравственность.
Равенство всех — самая вопиющая несправедливость, так как при этом величайшим людям приходится становиться слишком малыми.
Разделённая с другими несправедливость есть уже половина права.
Разум даже в самом мудром человеке составляет исключение: хаос, необходимость, вихрь — вот правило.
Раскаиваться — значит прибавить к совершенной глупости новую.
Ревность — остроумнейшая страсть и тем не менее всё ещё величайшая глупость.
Самый недвусмысленный признак пренебрежительного отношения к людям состоит в том, что ценишь каждого исключительно как средство для своей собственной цели и не признаёшь в других отношениях.
Самый неприятный для обеих сторон способ отвечать на полемику — это сердиться и молчать: ибо нападающий объясняет себе молчание обыкновенно как признак презрения.
Самые тихие слова суть именно те, которые приносят бурю.
Свободный ум доводит мораль до крайности. И, наконец, она оказывается стоящей ниже него.
Скепсис во всех моральных оценках есть симптом того, что возникает новая моральная оценка.
Сладострастие: это величайшее блаженство, символ высшего счастья и высшей надежды…
Сладострастие и самобичевание — две соседние страсти. И среди познающих бывают самоистязатели: они никогда не будут созидающими людьми.
Слова оценки — знамёна, водружённые там, где было найдено новое блаженство, новое чувство.
Случай — это самая древняя аристократия мира, её возвратил я всем вещам, я освободил их от подчинения цели.
Совершенный человек приносит пользу без всякого намерения, также, как и вредит без всякого намерения.
Совершенная женщина есть более высокий тип человека, чем совершенный мужчина, но и нечто гораздо более редкое.
Совесть — это чувство, в котором мы сознательно устанавливаем ранг наших влечений.
Совсем не говорить о себе — весьма благородное лицемерие.
Состарившиеся женщины в сокровеннейшем тайнике своего сердца скептичнее всех мужчин: они верят в поверхностность бытия как в его сущность, и всякая добродетель и глубина для них лишь покров этой «истины»…
Сострадание сильнее страдания.
Сострадательные натуры, всегда готовые на помощь в несчастье, редко способны одновременно и на сорадость: при счастье ближних им нечего делать, они излишни, не ощущают своего превосходства и потому легко обнаруживают неудовольствие.
Сотворить идеал — это значит: переделать своего дьявола в своего Бога. А для этого надобно прежде всего сотворить своего дьявола.
Страдания есть самый скорый способ для достижения истины.
Сумасшествие отдельных личностей — дело весьма редкое, но помешательство групп, партий, наций и эпох — правило.
Счастье мужчины зовётся «Я хочу». Счастье женщины — «Он хочет».
Талант иного человека кажется меньшим, чем он есть, потому что он ставит себе всегда слишком большие задачи.
Талант хорошего прозаика в выборе средств состоит в том, чтобы ближе подойти к поэзии, но не перейти к ней.
Тот, кто ответил себе на вопрос: «Зачем жить?» — сможет вытерпеть почти любой ответ на вопрос: «Как жить?»
Требование взаимности не есть требование любви, но тщеславия и чувственности.
Тщеславие есть кожа души.
Убеждения суть более опасные враги истины, чем ложь.
Фамильярность человека, превосходящего нас, озлобляет, так как мы не можем расплатиться с ним тою же монетой. Напротив, следует посоветовать ему быть вежливым, т.е. постоянно делать вид, что он уважает нечто.
Филолог — это учитель медленного чтения.
Хороший брак покоится на таланте и дружбе.
Хороший писатель имеет не только свой собственный ум, но и ум своих друзей.
Лучшая маска, какую мы только можем надеть, — это наше собственное лицо.
Лучшее средство помочь очень стесняющимся людям и успокоить их состоит в том, чтобы решительно хвалить их.
Лучшее средство хорошо начать день состоит в том, чтобы, проснувшись, подумать, нельзя ли хоть одному человеку доставить сегодня радость.
Цель человечества лежит в его высших представителях.
Ценить — то же самое, что обесценивать. Для того чтобы вкусить всю сладость делать оценки, надо вооружиться злом и презрением.
Церковь — это своего рода государство, но особенно лживое…
Человек единственный в мире страдает так сильно, что был вынужден изобрести смех.
Человек по отношению к самому себе самое жестокое животное; и у всех, кто зовёт себя «грешником», «кающимся», умейте различать нотку восторга в жалобах и самоуничижении.
Люди, которые дарят нам своё полное доверие, думают, что тем самым они приобретают право на наше доверие. Но это — ложное заключение: подарками не приобретаешь прав.
Люди, которые не чувствуют себя уверенными в обществе, пользуются всяким случаем, чтобы перед обществом показать на ком-либо, кто ниже их, своё превосходство, например, с помощью насмешек.
Люди, недоверчивые в отношении самих себя, больше хотят быть любимыми, дабы однажды, хоть бы на мгновение, суметь поверить в самих себя.
Люди почитают вообще действия любви и самопожертвования в пользу ближнего во всяком их проявлении.
Люди, стремящиеся к величию, суть по обыкновению злые люди: таков их единственный способ выносить самих себя.
Человек познания должен не только любить своих врагов, но уметь ненавидеть даже своих друзей.
Человеческое общество — это попытка, это долгое искание; ищет же оно того, кто повелевает.
Что такое истина? – Это неопровержимые человеческие заблуждения. Перефразированный
Что такое оригинальность? — Видеть нечто такое, что не носит ещё никакого имени и не может быть ещё названо, хотя и лежит на виду у всех.
Что хорошо? – Всё, что повышает чувство власти, волю к власти, власть в человеке. Что дурное? – Всё, что происходит от слабости.